Дэвид Брэки. Стать мужчиной через валентинианский ритуал

Валентиниане вели, как кажется, богатую обрядовую жизнь, в которой важную роль играли такие ритуалы как крещение и евхаристия. Это может показаться необычным, учитывая, что они считали материю низшим из трех элементов, составляющих космос. В отличие от духа и души, материя появилась в неведении и должна исчезнуть в конце времен. Как же тогда материальные вещи, такие как хлеб и вода, помогают достичь спасения?  Согласно валентинианам, истина не может проявиться в нашем мире иначе как через материальные символы. В этой лекции мы рассмотрим валентинианские таинства, основываясь на двух источниках «Извлечениях из Теодота» и «Евангелии от Филиппа».

Рисунок 1. Мужское и женское по Теодоту
Рисунок 1. Мужское и женское по Теодоту

Евхаристия

В своей проповеди «Евангелие Истины» Валентин говорит, что Евхаристия – средство, с помощью которого христианин обретает гнозис. На кресте Христос стал плодом Отца. Вкусив этот плод, христиане находят Отца в самих себе.

В некоторых изречениях «Евангелия от Филиппа» заходит речь о символизме хлеба и вина в Евхаристии. Например, хлеб представляет духовную пищу, которой люди не имели до того, как пришел Христос и принес хлеб с неба. Хлеб напоминает о распятии, когда Христос распростер свое тело на кресте, также как хлеб преломляется и раздается другим. Как обычный хлеб становится святым во время евхаристии, также святым становится и тело христианина.

Как видим, в «Евангелии от Филиппа» евхаристический хлеб символизирует воскресение и служит призывом к нему.  

Автор «Евангелия» критикует два противоположных взгляда на проблему воскресения плоти. Одни христиане полагают, что при воскресении будут обладать телами, из той же самой плоти, что и их нынешние тела. Автор-валентинианин отвергает этот взгляд, поскольку мы должны отказаться от этого мира, который не есть наш истинный дом. Другие христиане не верят в воскресение плоти. Он отвергает и этот взгляд.

Вместо этого наш автор провозглашает воскресение плоти Иисуса. Она тождественна евхаристическому хлебу, через который в нас входит Логос. Причащаясь хлебом, христиане приобщаются к Божественному Слову. Они соединяются с Логосом и воскресают сейчас, а в не какой-то будущий момент воскресения мертвых.

Валентинианское крещение

Крещение, конечно же, является христианской инициацией и установлением связи между человеком и Христом, которая приводит к гнозису и воскресению. По большей части валентинианское крещение напоминает аналогичные ритуалы других христианских групп II и III вв.

Всё начиналось с периода обучения и наставления (катехизис) кандидата. Если тот оказывался достойным, следовала подготовка, включающая «пост, молитву, возложение рук и коленопреклонение». Эти физические действия должны были привести к сосредоточению ума посвящаемого и его удалению от грехов мира, равно как и к изгнанию злых духов.

Когда наступало время ритуала, кандидаты снимали одежду, что символизировало освобождение от тела и отказ от старой жизни. Они отрекались от лукавых властителей мира, после чего следовало погружение в воду с провозглашением имени Отца, Сына и Святого Духа. Оно считалось единым именем Бога и называлось «печатью». 

После погружения в воду происходило помазание елеем, через которое неофиты становились христианами. Затем они одевались. Следовало возложение рук с чтением молитв. Наконец, новые христиане принимали причастие.

Для валентиниан крещение преследовало как минимум три важных цели: изгнание нечистых духов, освобождение от лукавых правителей мира сего и запечатывание кандидата именем Божьим.

Истинное Имя Бога – Христос. «Имя же Отца – это Сын», – пишет Валентин в «Евангелии истины». Это означает, что Отец познается через Сына. Сын открывает, кто есть Отец, также как имя идентифицирует человека. 

В отличие от обычных человеческих имен, которые в основном произвольны, Имя Бога принадлежит исключительно Ему и воистину открывает Его. При крещении христиане запечатываются этим именем.

Мужское и женское в крещении

Валентиниане также описывали крещение в понятиях мужского и женского. В качестве примера возьмем отрывок «Извлечений из Теодота»:

«До тех пор, пока семя не оформлено, оно является порождением Жены, получив же форму, оно принимает в себя мужскую природу и становится сыном Жениха. Оно не только избавляется от слабости и влияния видимых и невидимых космических сил, но и становится плодом Мужа, получив мужскую силу».

Вспомним, в связи с этим «Евангелие от Фомы», где спасение рассматривается через достижение единства. Отделение друг от друга мужского и женского представляет собой один из видов разделения, которое преодолевается крещением. Но речь не идет о соединении двух равных – мужчины и женщины. Напротив, подразумевается возвращение женского к более фундаментальному мужскому.

Вспомним, что пары мужского и женского в валентинианском мифе обеспечивают гармонию и незыблемость Плеромы. Само собой разумеется, что их разделение рассматривается в негативном ключе. Валентинианские мыслители полагали, что отделение Евы от Адама было началом смерти. Христос, говорили они, пришел, чтобы вылечить этот разрыв:

 «Если бы женщина не отделилась от мужчины, она бы не умерла вместе с мужчиной. Его отделение было началом смерти. Поэтому пришел Христос, дабы снова исправить разделение, которое произошло вначале, объединить обоих и тем, кто умер в разделении, дать жизнь (и) объединить их».

(Евангелие от Филиппа)

Означает ли это, что у каждого из нас есть утраченная половина иного пола, с которой нам необходимо соединиться? Ответ: «да», но не совсем. Речь не идет о том, что каждый из нас должен объединиться с партнером противоположного пола, поскольку в нашем мире разделение на мужчин и женщин исключительно телесное и не затрагивают нашу истинную сущность. У всех из нас наша истинная, духовная сущность, происходящая свыше, является женской.

В Быт. 1:27 сказано: «по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их». Для валентиниан здесь идет речь не о создании человеческих существ двух разных полов, а о человеческих и ангелических сущностях, которые называются «женскими» и «мужскими» (рисунок 1). Мы люди – все женщины, отделенные от наших мужских сущностей, ангелов. Мы все подобны мужеженским эонам, но мы все представляем собой женские половины, отделенные от мужских пар.

Отделение Евы от Адама символизирует это отчуждение на человеческом уровне. Первый Адам, о создании которого говорится в Быт. 1, являет собой изначальное единство мужских ангелов и женского высшего семени, тогда как отделение Евы от Адама в Быт.2 символически показывает разделение женского и мужского элементов.

Рассказ, содержащийся в «Бытии», показывает, что женский элемент производный от мужского. Женские сущности, ныне находящиеся внизу, представляют собой производные аспекты нашей истинной мужской ангелической сущности.

Таким образом, спасение не просто воссоединение мужского и женского или достижение единства между нашими ангелическими и духовными сущностями. Это скорее возвращение производного женского начала к высшему мужскому.

Валентиниане понимали этот процесс превращения в мужчину и соединения с ангелом как начинающийся с крещения и постепенно свершающийся через церковные ритуалы и практики.

Брачный чертог

В некоторых источниках упоминается ритуал или символ реализации единства с ангельской сущностью, который называется Брачный чертог. Большинство современных исследователей полагают, что здесь мы имеем место с символическим описанием соединения мужского и женского, которое происходит посредством крещения, евхаристии и других ритуалов и завершается после нашей смерти. 

Спасение полностью реализуется только после завершения этого мира, когда наши духовные элементы (женские сущности) окончательно соединятся с небесными женихами и войдут в Плерому как вечные мужеженские пары. Окончательное спасение это союз ангельских мужских и женских человеческих сущностей в Полноте, что и представляет собой Брачный чертог (рисунок 2).

Рисунок 2. Окончательное спасение по Теодоту
Рисунок 2. Окончательное спасение по Теодоту

Если разделение Адама и Евы символизирует собой на космическом уровне разделение между мужскими ангельскими и женскими духовными элементами, тогда обычный брак представляет собой образ этого конечного совершенства. Брак – это таинство, т.е. символ являющий образ не только окончательного спасения, но и мужеженского организующего принципа, лежащего в основе универсума.

Искупление

Еще один валентинианский ритуал – искупление, предназначался для умирающих. Согласно Иринею, умирающего человека помазывали елеем с водой, сочетание которых должно было напомнить ему о крещении, включавшее в себя погружение в воду и миропомазание. Этот ритуал должен был завершить процесс спасения, начатый при крещении.

Его целью была подготовка к тому, что произойдет после смерти. Вспомним, что согласно валентинианам, человеческое существо состоит из духа, души и материи, и каждый элемент должен вернуться к своему началу.  Ритуал искупления готовил умирающего к тому, что ему предстоит оставить материальное тело на земле, освободив от него душу и дух, которым предстоит восхождение ввысь.

Также во время его проведения человеку давались секретные «пароли», которые необходимо произнести при встрече с космическими властителями и богом-творцом. Сделав это, он получал возможность передать душу Демиургу, чтобы дух продолжил восхождение к Плероме. Там духовный элемент (женская сущность) должен соединиться с ангелической мужской сущностью. Затем спасение завершится в небесном Брачном чертоге.

Источник: David Brakke. Gnosticism: From Nag Hammadi to the Gospel of Judas. Course Guidebook.

Перевод: Андрей Васильев.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s